Форум » КАРТИННАЯ ГАЛЕРЕЯ » Цирк » Ответить

Цирк

Холст: Ночной лес, полный шорохов и звуков от зверей и птиц. Небольшая полянка, на которой с удобством расположились три повозки, полные всякого разного скраба. Повозки стоят по периметру, а в центре, у костра, спят люди, укрытые кто конской попоной, кто настоящим одеялом, а кто и просто так. Элис Граффад - среди всех этих людей. Она лежит на подстилке из тонких веток, которые, хоть и жесткие, но неплохо защищают от тянущего холода земли. Из одежды на ней имеется рубашка с рюшами, приталенный бархатный камзол, штаны из того же бархата, хоть и основательно потрепанные. На ногах надеты мягкие кожаные сапоги, а под головой лежит шляпа. Кажется, с пером. Крепко обняв что-то, что определенно напоминает лютню, Элис Граффад не спит, а глядит в звездное небо. Видимо, уже не первый час глядит - вокруг царит тишина, прерываемая храпом, а у нее сна нет ни в одном глазу.

Ответов - 124, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 All

Холст: Ближайший охранник опять всхрапнул - видимо, выражая свое полное согласие с высказанным. Запасы дров у костра и правда лежат. Хруст веток и шуршание листьев внезапно стали ну совершенно неприлично громкими, появились со всех сторон и явно приближаются. О костре ли заботиться теперь?

Элис Граффад: Прислушалась. Вздохнула. - А я ведь так надеялся, что стихи отпугнут! - Заявила в полный голос, шагая к охране и бессовестно тормоша. - Тревога! - Прокричала во весь голос, дергая за плечи. Побежала к костру, пододвигая в него сразу охапку дров, чтобы лучше осветить поляну. - Тревога! - Повторила звонко. Для убедительности даже провела рукой по струнам лютни - и когда только успела? - Подъем! Враг наступает! - Добавила для вящей красноречивости.

Холст: То ли на вторую "тревогу", то ли на звук струн, но охранники очнулись, озираясь по сторонам и хватаясь за дубины. Просыпавшийся ранее спросил недовольно. - Эй, ты чего народ переполошил? Завтра день тяжелый, а ты шутишь понапрасну! Это тебя Грегор подговорил, да? Ух я ему! Погрозив неведомому Грегору кулаком, охранник, все же, ушел куда-то в темноту леса - явно, чтобы выяснить, где там враг. А через полминуты шуршание и хруст превратились в громкие шаги и даже бег. На поляну со всех сторон выскочила толпа вооруженных до зубов людей - и это было хорошо заметно, так как с собой они несли и факелы, которые зажигали только теперь, подойдя к цели. Внешнее оцепление замерло, надежно окружая поляну, а несколько человек - с десяток - бросились к спящим людям, размахивая короткими мечами. Спящие на земле соседи Элис Граффад начали вскакивать, озираясь и не понимая, что происходит.

Элис Граффад: - К этому жизнь нас не готовила, - успела еще пошутить прежде, чем легкое игривое настроение, с некоторым опозданием, покинуло больную головушку. - Хватайте оружие! Защищайтесь! - Отдала короткие команды находящимся рядом, понадеявшись, что короооооооооотенькие команды куда более просты для понимания, чем длииииииииинная и суровая окружающая действительность. А сама выдвинулась вперед, пытаясь найти среди этой своры главного. Если есть какая-то организованность, всегда должен быть главный, который все это организовал. - Ээй, люди! Стойте! Стойте, погодите! ОСТАНОВИТЕСЬ! Я знаю, что вам нужно!

Холст: Люди, поднимаясь с земли, пытались следовать звучащим командам, со сна слушаясь на ура, вот только никакого оружия ни у кого не наблюдалось, разномастная компания, теперь хорошо видимая, только растерянно шарила вокруг... и не находила ничего. А нападающие теснили всех к центру, пресекая любые протестами размахами мечей - иногда попадая и по людям. Женщины начали тихо плакать. Услышав громкие крики, сразу трое нападающих, глядя на Элис Граффад с широкой ухмылкой, неторопливо подошли, поигрывая мечами. Один, ничем не выделяющийся, спросил, бросив взгляд на лютню. - Ну расскажи нам, певчая птичка, что же такого нам может быть нужно от всех вас? Откуда-то из-за деревьев раздались сдавленные крики и на полянку бросили охранника, ушедшего в лес - изрядно потрепанного.

Элис Граффад: - Класс! - Развела руками, ничуть не смутившись. - Постойте-ка. Вы хотите сказать, что нападаете на беззащитных, бедных и очень творческих женщин и детей не зная... - Покачала головой, словно сама себе не веря - ... зачем? Нет-нет, у таких сильных, смелых и умных людей обязательно должна быть цель! И они точно должны ее знать, а не спрашивать у бедных и беззащитных. Вновь развела руками. Констатировала. - Вам нужно все ценное, что есть у нас. Ценного у нас есть только творчество. Значит, вам нужно творчество! И я готов вам его подарить этой ночью... просто так! Достаточно лишь попросить, правда! В поддержку слов, потянулась к лютне. Мельком глянула на охранника. Не убили. Не убили - это хорошо. Значит, пришли не убивать.

Холст: Мужчина, не перебивая, выслушал речь, после чего довольно крякнул. - А ты мне нравишься, певчая птичка! Уже громче, куда-то за оцепление. - Карл, слышь, а можно этого мы себе оставим? Забавно поет! Больше не обращая никакого внимания на Элис Граффад, мужчина приказал остальным. - Всех связать. И этого - тоже. С лютней только аккуратнее, смотрите у меня. И спокойно уселся на землю у костра, дожидаясь, пока приказ выполнят. Потом вдруг, явно разохотченный до болтовни, начал, глядя на не оказывающих сопротивления людей, объяснять. - Понимаешь, птичка, мне даже просить не надо. Бродячий цирк - это ли не удача! Ваше творчество мы получим за так. А потом получит кто-то еще. Гыкнул довольно на свою шутку. - Так что ты ручки-то давай, протяни. Пнул рядом стоящего мужчину в ногу. - Вяжи, кому сказал? Ну вот с кем приходится работать! Потянулся, вставая, вытаскивая меч из ножен и делая знак тем двоим, с кем подошел ранее. - Ганс, Кук, пойдемте выбирать.

Элис Граффад: Запротестовала: - Мои ручки трогать нельзя. Мои ручки - мое богатство. Вывернется там какой сустав, или потянется что, или натрется от веревки - и всё, никакой божественной игры на лютне, никакой благодарной аудитории, способной заплатить гору золотых - всё! Все вложения пропали! Свела брови вместе, скорчила сочувственную гримасу. - Как же так-то! Вы разве не знаете, как с артистами обращаться надо? Талант иметь - это не топором махать! Тут тонкая душевная организация нужна! Напугаете - и все, пропал талант! Кто ж у вас измученных артистов приобретет? А смотреть на них кто придет? Обернулась в сторону парочки мужчин. - Ганс, Кук! Вы вот знаете, как выбирать надо?

Холст: На сей раз слова Элис Граффад слушал только разбойник, которому приказали вязать пленника, и парочка не успевших уйти следом за главарем мужчин. Тот из них, что был повыше, коротко приказал. - Руки по бокам. Джон, вяжи прям так. Кисти оставь свободными. Это вас удовлетворит, господин менестрель? Вопрос, судя по мрачному виду, был риторическим. - А пропадет талант - твоя проблема. У нас и рабочую силу купят, не сомневайся. Мыть конюшни - много таланта не надо. На последнее не отреагировал никак, подходя к главарю и разглядывая связанных пленников. Посовещавшись, троица достала мечи, спокойно подходя к выбранным - нескольким мужчинам, в том числе охранникам. Зайдя сзади, они обхватили пленников за волосы, оттягивая голову назад и поднося короткие мечи к горлу... Перед Элис Граффад появился тот самый Джон, стоя с веревкой, загораживая весь вид и явно ожидая, когда приказ "руки по бокам" будет выполнен. - Чести тебе больно много. Вот любят же у нас всяких!.. Впрочем, сказано это был без особого чувства.

Элис Граффад: Покачала головой отрицательно. - Не удовлетворит. Так еще хуже - вместо одного места травмы - сразу несколько. Вы же не думаете, что рука ограничивается кистью? Вяжите так. Последнюю фразу произнесла, делая шаг вперед и явно вставая на цыпочки, чтобы заглянуть за спину охранника. - Ганс! - Произнесла громко, пытаясь остановить то, что должно было вот-вот произойти. - Кук! Эй! Постойте! - Попыталась даже взмахнуть руками. - Погодите! А их обязательно убивать и калечить? Но зачем? Есть же альтернативы!

Холст: Джон, недовольно что-то проговорив себе под нос, перестал обращать внимание на любые запросы надоедливого менестреля, подходя и обматывая толстой веревкой поверх туловища, приматывая и руки, и кисти. - Сойдет. Меньше хотеть будешь. Завязав крепкий узел, нажал на плечо, заставляя сесть и наконец-то отходя. Взору Элис Граффад открылась не самая приятная картина: трое мужчин из числа пленников лежали на земле, остальные в страхе прятали глаза. Но тут не выдержал тот, кто по виду явно должен был быть главным в их цирковой труппе. - Погодите! Этот крик настолько удачно соединился с криком Элис, что главарь обернулся, делая знак помощникам остановиться. - Вы что-то хотите нам предложить? Ты или твоя певчая птичка? Будьте осторожны, у нас уже есть все. И ухмыльнулся, глядя на связанных людей.

Элис Граффад: Сморщилась, отводя взгляд. Она этих людей не знала, но все равно было отчего-то жалко. Зачем? Акт устрашения? Подняла глаза на того, кто заговорил. Промолчала, предлагая говорить ему. Сама попробовала осторожно, едва заметно пошевелить руками - как известно, чем больше неровностей, тем меньше плотность прилегания веревки, а чем меньше плотность прилегания...

Холст: Веревка, кажется, вязалась вообще спустя рукава. По крайней мере, и шевелить руками выходит, и не пережато ничего. Мужчина, заговоривший первым, выдохнул. - Если вы не продолжите... мы не будем доставлять вам проблем. Не будем пытаться сбежать. Они, - кивнул на выбранных мужчин, сильных достаточно, чтобы представлять какую-то угрозу, - не будут пытаться нападать на вас. Мы сдадимся. Господа, мы просто бродячие артисты! Последнее было уже скорее началом истерики, нежели разумной фразой. Откуда-то из-за оцепления появилась новая фигура. Главарь, завидев ее, довольно ухмыльнулся. - Карл, слышишь, что нам обещают? Согласимся? Вышеобозначенный Карл, выйдя в круг света, оглядел всех и очень быстро определил, кто ему интересен. - Эта, - ткнул в молодую девушку, - будет нам танцевать. Этот, - ткнул в Элис Граффад, - будет нам петь. Этого, - на сей раз указал на ребенка... нет, просто карлика, - смешить. И пусть только попробует кто-то не справиться.

Элис Граффад: Приободрилась, понимая, что шевелиться под веревками более, чем получается. Совсем приободрилась, услышав, что ей предстоит петь - никому еще не удавалось играть на лютне со связанными руками. В предложении главного тоже криминала не нашла - во-первых, это разумный способ попытаться сохранить всем жизнь и здоровье. Во-вторых - сейчас глубокая ночь. Даже разбойники к утру захотят спать, а не каких-то активных действий. Вновь промолчала, вместо слов пытаясь посчитать количество разбойников... и количество артистов.

Холст: Кажется, чего-то такого разбойники и добивались. Потому что мечи были убраны в ножны весьма охотно, оцепление слилось с остальной толпой нападающих, которые теперь пинками помогали пленникам встать. - Выдвигаемся сейчас же, до нашего лагеря час пути. Опять говорил Карл. - Женщин в повозки, остальные идут пешком. Этого, - ткнул в менестреля, - ко мне. Джон, подтолкнув Элис Граффад в плечо, кивнул в сторону Карла, отходя к остальным. Главарь троицы довольно улыбнулся. - Ну что, певчая птичка, петь тебе сегодня нам! Кажется, ни его, ни Карла не волнуют ночь и темный лес. Через несколько минут всех сборов лошади, понукаемые новыми возницами, двинулись в путь. Совсем неподалеку за деревьями обнаружилась еще одна повозка - скорее телега. Рядом с ней, нетерпеливо глядя на замешкавшегося менестреля, стоит Карл. Количество разбойников и циркачей примерно равно: на теперь пятнадцать пленников приходится восемнадцать разбойников.



полная версия страницы